Особенности творческого метода Эдгара По. Новеллистика По
Детство
Эдгар Аллан По родился 19 января 1809 года на северо-востоке США, в столице штата Массачусетс – городе Бостон. Родители мальчика были творческими людьми. Мать – эмигрировавшая в Америку английская актриса, а отец – студент юридического факультета из Балтимора, который после знакомства с супругой увлекся театром и вскоре полностью посвятил себя лицедейству. Помимо Эдгара, в семье воспитывались еще двое детей: старший брат Уильям Генри Леонард (1807–1831) и младшая сестра Розали (1810–1874).Жизнь гастролирующих актёров предполагала постоянные переезды, которые были трудно осуществимы с ребёнком на руках, поэтому маленького Эдгара временно оставили у деда в Балтиморе. Там он провёл первые несколько месяцев своей жизни. Через год после рождения Эдгара отец покинул семью. О его дальнейшей судьбе доподлинно ничего не известно. 8 декабря 1811 года от чахотки умерла мать По. Всех троих детей забрали на воспитание приемные родители. Эдгар По приглянулся жене торговца хлопка и табака из Ричмонда Джона Аллана, и вскоре бездетная семья забрала его к себе. Сестра Розали попала в семью Маккензи, которые были соседями и друзьями Алланов, а брат Генри жил у родственников отца в Балтиморе.
Взросление в новой семье
Дом Аланов стал для Эдгара местом, где он наконец обрел тепло и заботу, которыми он был обделен. Френсис обожала приемного сына, относилась к нему, как к родному и ни в чем не отказывала. Ложкой дегтя в семейной идиллии стало то, что супруг относился к восторгам жены довольно скептически. Мужчина недоумевал, почему возлюбленная предпочла усыновить чужого ребенка, вместо того, чтобы родить своего. Тем не менее, к маленькому По Джон относился благосклонно и даже иногда баловал. У мальчика было все, чего он только пожелает – от всевозможных игрушек до эксклюзивных книг.Уже в пятилетнем возрасте Эдгар показал рвение к учебе, поэтому родители устроили его в местную школу. В 1815 году Джон Аллан решил расширить свой бизнес на территории Великобритании. После переезда на Туманный Альбион По долго привыкал к новым условиям жизни с ее суровым климатом и не менее суровыми порядками в местных учебных заведениях.
Эдгара отдали в школу сначала в Шотландии, потом в Лондоне и Сток-Ньюингтоне. Он получил классическое английское образование. Холодные комнаты, телесные наказания и недружелюбные старшие товарищи, помешанные на социальной иерархии, прилагаются. Еще вчера жизнерадостный, веселый парнишка стал предпочитать одиночество, запираясь в своей комнате. Друзей ему заменили книги, которые он мог читать сутки напролет. В период затворничества молодой человек увлекся поэзией, чего категорически не одобрял лишенный творческой жилки отец. Он считал, что сын должен заниматься чем-то полезным, например, работой в семейном магазине. Джон настаивал, чтобы молодой человек стал ему помощником, а потом и равноценным партнером в бизнесе. Никакие увещевания не помогали, и это привело к еще более частым ссорам.
Обучаясь в колледже, По без ума влюбился. Возлюбленной будущего литератора стала мать его приятеля Джейн Стенард, находившаяся уже в довольно солидном возрасте. Некоторое время они тайком встречались, в основном по ночам и подальше от людских глаз. Позже Эдгар сочинил стихотворение «Елена», посвященное своей первой любви. Сильным чувством юноша наслаждался недолго – в 1824 году возлюбленная умерла от менингита.
Поэт был убит этим страшным горем. Он не мог спать, а если засыпал, его начинали мучить ночные кошмары. Многие исследователи считают, что именно смерть Джейн стала причиной развития у писателя психического расстройства. В этот период у По стали возникать состояния апатии, появились мания преследования и желание покончить жизнь самоубийством.
В 1825 году Джон Алан получил солидное наследство в связи с кончиной дядюшки. В одночасье терпевший убытки торговец превратился в одну из богатейших персон Ричмонда. Воспользовавшись случаем, Эдгар уговорил родителя дать ему денег на обучение в университете Виргинии. Отец денег дал, но в два раза меньше, чем требовалось – к старости он стал страдать приступами жадности.
Поэт был убит этим страшным горем. Он не мог спать, а если засыпал, его начинали мучить ночные кошмары. Многие исследователи считают, что именно смерть Джейн стала причиной развития у писателя психического расстройства. В этот период у По стали возникать состояния апатии, появились мания преследования и желание покончить жизнь самоубийством.
В 1825 году Джон Алан получил солидное наследство в связи с кончиной дядюшки. В одночасье терпевший убытки торговец превратился в одну из богатейших персон Ричмонда. Воспользовавшись случаем, Эдгар уговорил родителя дать ему денег на обучение в университете Виргинии. Отец денег дал, но в два раза меньше, чем требовалось – к старости он стал страдать приступами жадности.
Недолгое обучение в университете
В 1826 году, в 17 лет, Эдгар отправился в Университет Вирджинии — только что открытое заведение, работающее по системе основателя – третьего президента США Томаса Джефферсона. Эдгар изучал классическую филологию и современные языки. Отец настаивал ещё и на математике, но учёба стоила денег, и на ещё один курс их не хватало. Джон считал, что выделил пасынку достаточную сумму, но, видимо, не понимал, сколько всего приходилось оплачивать Эдгару в университете: комнату, питание, занятия, услуги уборщицы и прачечной, — а ещё нужно было покупать одежду, учебники, мебель, дрова для камина. Математика в его бюджет не могла войти никаким образом.
Это стало первой причиной постоянных ссор Эдгара с отцом, а ссорились они почти непрерывно до конца жизни Джона. Постоянная нехватка денег угнетала По, поэтому Эдгар стал играть в карты со студентами. К концу учебного года общие долги По составили 2500 долларов (около 2000 из них — карточные). Получив письма с требованием оплатить их, Джон Аллан немедленно выехал в Шарлотсвилл, где и состоялось бурное объяснение с пасынком. В результате Аллан выплатил лишь десятую часть от общей суммы (плата за книги и услуги), отказавшись признать карточные долги Эдгара. Несмотря на очевидные успехи По в учёбе и благополучно сданные экзамены, он не мог больше оставаться в университете и после окончания учебного года, 21 декабря 1826 года, покинул Шарлотсвилл.
В 1826 году, в 17 лет, Эдгар отправился в Университет Вирджинии — только что открытое заведение, работающее по системе основателя – третьего президента США Томаса Джефферсона. Эдгар изучал классическую филологию и современные языки. Отец настаивал ещё и на математике, но учёба стоила денег, и на ещё один курс их не хватало. Джон считал, что выделил пасынку достаточную сумму, но, видимо, не понимал, сколько всего приходилось оплачивать Эдгару в университете: комнату, питание, занятия, услуги уборщицы и прачечной, — а ещё нужно было покупать одежду, учебники, мебель, дрова для камина. Математика в его бюджет не могла войти никаким образом.
Это стало первой причиной постоянных ссор Эдгара с отцом, а ссорились они почти непрерывно до конца жизни Джона. Постоянная нехватка денег угнетала По, поэтому Эдгар стал играть в карты со студентами. К концу учебного года общие долги По составили 2500 долларов (около 2000 из них — карточные). Получив письма с требованием оплатить их, Джон Аллан немедленно выехал в Шарлотсвилл, где и состоялось бурное объяснение с пасынком. В результате Аллан выплатил лишь десятую часть от общей суммы (плата за книги и услуги), отказавшись признать карточные долги Эдгара. Несмотря на очевидные успехи По в учёбе и благополучно сданные экзамены, он не мог больше оставаться в университете и после окончания учебного года, 21 декабря 1826 года, покинул Шарлотсвилл.
Первые шаги на литературном поприще
Вернувшись домой в Ричмонд, Эдгар По не имел представления о своих дальнейших перспективах. Отношения с Джоном Алланом были серьёзно испорчены.Из-за отсутствия денег По записался в армию под именем Эдгар А. Перри, соврав, что ему 22. В это время По усиленно занимался творчеством. Вероятно, именно в доме Алланов были написаны многие из стихотворений, вошедших впоследствии в первый сборник начинающего поэта. По также пытался найти работу, но отчим не только не содействовал этому, но и в качестве воспитательных мер всячески препятствовал его трудоустройству. В марте 1827 года конфликт с отцом перерос в серьёзную ссору, и Аллан выгнал приёмного сына из дома. По поселился в таверне Court-House, откуда писал Аллану письма с обвинениями того в несправедливости и оправданиями, продолжая выяснение отношений в эпистолярной форме. Позже эти письма сменяют другие — с просьбами о деньгах, которые приёмный отец оставил без внимания. Пробыв в номере таверны несколько дней, 23 марта По отправился в Норфолк, а затем в Бостон.
В родном городе Эдгар познакомился с молодым издателем и типографом Кэлвином Томасом, и тот согласился напечатать его первый сборник стихов. «„Тамерлан“ и другие стихотворения», написанный под псевдонимом «Бостонец», вышел в июне 1827 года. Было напечатано 50 экземпляров, состоявших из 40 страниц, продавались они по 12,5 центов за штуку.
В свой первый поэтический сборник Эдгар По включил поэму «Тамерлан» (которую он впоследствии будет неоднократно редактировать и дорабатывать), стихотворения «К ***», «Мечты», «Духи смерти», «Вечерняя звезда», «Имитация», «Стансы», «Сон», «Счастливейший день», «Озеро». В предисловии к изданию автор извинился за возможное низкое качество поэзии, оправдав это тем, что большинство стихов было написано в 1820—1821 годах, когда ему «не было ещё и четырнадцати». Скорее всего, это является преувеличением — По, конечно, начал писать рано, но по-настоящему к поэзии он обратился во время учёбы в университете. Сборник не привлёк к себе внимание читателя и критики.
Военная карьера и военная академия
После службы на форте Индепенденс полк Эдгара отправили на остров Салливан. По изучил его вдоль и поперёк, позже описав в рассказе «Золотой жук». Благодаря его грамотности, что среди солдат было редкостью, По зачислили в штаб полка. Там он аккуратно вёл канцелярию, завоевал расположение офицеров и быстро получил звание главного полкового сержанта — потолок карьеры для человека без военного образования.Сначала служба увлекала По, но маленький остров быстро ему наскучил. Из-за этого он решил оставить армию. Это оказалось не так просто. Сначала Эдгар написал Джону Аллану, признавшись, что соврал о своём возрасте, и попросил его как опекуна подтвердить, что контракт на службу недействителен. Джон письмо проигнорировал, как позже делал со многими другими письмами пасынка, — даже не сообщил ему о болезни Фрэнсис Аллан, которая, в отличие от мужа, очень любила Эдгара. На похороны приёмной матери Эдгар не успел — приехал на день позже.
Из артиллерийского полка По ушёл только в 1829 году, согласившись на предложение отчима отправиться учиться в Военную академию Вест-Пойнт.
В академию Эдгар поступил не сразу — документы рассматривали несколько месяцев. Это время он провёл в Балтиморе, у своей тёти Марии Клемм и её дочери Вирджинии, на которой потом женился. Непонятно, почему По при своей преданности литературе решил строить военную карьеру. Возможно, хотел наконец обрести одобрение и уважение отчима.
В конце июня 1830 года Эдгар По стал кадетом Военной академии армии США. Обучение было непростым (особенно первые 2 месяца лагерной жизни), но армейский опыт помог поэту быстро освоиться. Несмотря на жёсткий распорядок дня и практически полную каждодневную занятость, Эдгар По находил время для творчества. Во время учёбы в Вест-Пойнте По опубликовал второй сборник, «Аль-Арааф, Тамерлан и второстепенные стихи». Деньги на него он собрал с товарищей, которых развлекал забавными саркастически-въедливыми зарисовками. Одногруппники По сбросились по 75 центов — собрали целых 170 долларов, но уж точно не ожидали, что выйдет что-то серьёзное.
В мае 1830 года между По и приёмным отцом произошла роковая ссора. Поводом к ней стало письмо, которое не предназначалось для Джона Аллана и не должно было оказаться у него в руках. В нём Эдгар По критически высказался о своём опекуне, недвусмысленно обвинив того в пьянстве]. Вспыльчивый Аллан не смог этого стерпеть и во второй и последний раз выгнал Эдгара По из дома. Они ещё переписывались после этого разрыва, но больше никогда не виделись.
Учёба проходила успешно, кадет По был на хорошем счету и не имел нареканий со стороны офицерства, но в январе он написал письмо Джону Аллану, в котором просил его содействия покинуть Вест-Пойнт. Вероятно, причиной столь резкого решения стало известие о женитьбе опекуна, лишившее Эдгара самых призрачных шансов быть официально усыновлённым и унаследовать что-либо. Так и не дождавшись ответа, Эдгар По решил действовать своими силами. В январе 1831 года он стал игнорировать проверки и занятия, не выходил в караул и саботировал построения. Итогом стали арест и последующий суд, на котором его обвинили в «грубом нарушении служебных обязанностей» и «игнорировании приказов». 8 февраля 1831 года Эдгар По был уволен со службы Соединённых Штатов, и уже 18 февраля он покинул Вест-Пойнт.
В мае 1830 года между По и приёмным отцом произошла роковая ссора. Поводом к ней стало письмо, которое не предназначалось для Джона Аллана и не должно было оказаться у него в руках. В нём Эдгар По критически высказался о своём опекуне, недвусмысленно обвинив того в пьянстве]. Вспыльчивый Аллан не смог этого стерпеть и во второй и последний раз выгнал Эдгара По из дома. Они ещё переписывались после этого разрыва, но больше никогда не виделись.
Учёба проходила успешно, кадет По был на хорошем счету и не имел нареканий со стороны офицерства, но в январе он написал письмо Джону Аллану, в котором просил его содействия покинуть Вест-Пойнт. Вероятно, причиной столь резкого решения стало известие о женитьбе опекуна, лишившее Эдгара самых призрачных шансов быть официально усыновлённым и унаследовать что-либо. Так и не дождавшись ответа, Эдгар По решил действовать своими силами. В январе 1831 года он стал игнорировать проверки и занятия, не выходил в караул и саботировал построения. Итогом стали арест и последующий суд, на котором его обвинили в «грубом нарушении служебных обязанностей» и «игнорировании приказов». 8 февраля 1831 года Эдгар По был уволен со службы Соединённых Штатов, и уже 18 февраля он покинул Вест-Пойнт.
Литературные успехи
После Вест-Пойнта Эдгар взялся за писательскую карьеру всерьёз. Время тому благоприятствовало — в Америке начался бум литературных журналов. Началось всё с того, что По решил написать рассказ на конкурс, объявленный одним из журналов. За первое место был назначен приз в 100 долларов, а Эдгар хронически нуждался в деньгах. Рассказов он до того не сочинял, а потому тщательно проанализировал всё, что обычно печаталось в литературных журналах. После чего сел и написал не один, а целых пять — «Метценгерштейн», «Герцог де Л’Омлет», «История про Иерусалим», «Без дыхания» и «Бон-Бон». И хотя главный приз По не получил, жюри конкурса отметило его талант.Через некоторое время Эдгар нашёл первую литературную работу в ричмондском журнале Southern Literary Messenger. Поначалу он проработал помощником редактора всего несколько недель — его уволили за пьянство. Алкоголиком По не был, но часто выпивал, чтобы заглушить голос своего «беса противоречия». Так он называл тяжёлую депрессию и бредовые видения, которыми страдал всю жизнь, — их он описал в одноимённом рассказе. А поскольку для опьянения ему требовалось совсем немного, репутация у него сложилась соответствующая. И это была не первая работа, с которой его уволили из-за пристрастия к бутылке.
Знакомые называли По респектабельным и элегантным джентльменом. Он всегда хорошо выглядел, одевался чисто, говорил вежливо, располагал к себе людей своей манерой держаться. Потому всем было так тяжело поверить в «сумеречные эпизоды», когда он становился практически безумным. Это раздвоение личности приносило По много неприятностей, разрушало его репутацию, карьеру и жизнь.
В должности его восстановили после обещания вести себя прилично и на работе не напиваться. В журнале По проработал почти два года, он писал и публиковал рецензии, стихи, рассказы — всё, на что хватало времени. И делал это с блеском — за время работы в журнале Эдгара тиражи выросли в пять раз.
Вскоре именитый писатель перешёл в Burton’s Gentleman’s Magazine. Здесь он продолжал публиковать рассказы, критические статьи и обзоры. Тем временем крупное нью-йоркское издательство Harper and Brothers выпустило первую большую повесть По, «Путешествие Артура Гордона Пима», которую, впрочем, мало кто заметил. Зато сборник рассказов «Гротески и арабески» имел определённый успех и принёс По немного денег.
Из Burton’s Gentleman’s Magazine По ушёл, поссорившись с редактором, — писателя не устроил «гламурный» развлекательный формат журнала, ему хотелось чего-то более серьёзного и «литературного». Ушёл он в Graham’s Magazine, где проработал около года. Впрочем, денег снова стало катастрофически не хватать, и По согласился на авантюру.
В то время многие учёные ездили по стране с лекциями. Один из таких профессоров, Томас Уайт, занимающийся конхиологией (наукой о ракушках) выпустил учебник и планировал продавать его во время лекций. Но книга, красиво оформленная, отпечатанная на хорошей бумаге, с многочисленными иллюстрациями, получилась слишком дорогой, и её не покупали. Профессор обратился к знакомым, и те посоветовали ему По как человека, который за небольшие деньги согласится переписать труд Уайта для другого издательства, готового выпустить недорогой вариант учебника.
Парадоксально, однако именно художественно обработанный учебник по конхиологии стал самой коммерчески успешной книгой По. За следующие десять лет его переиздавали девять раз.
После ухода из Graham’s Magazine По переехал в Нью-Йорк, где Эдгар сначала устроился в Evening Mirror, а потом стал редактором и даже владельцем Broadway Journal. В то же время (1842–1843) По опубликовал детективные истории из цикла об Огюсте Дюпене — «Убийство на улице Морг», «Тайна Мари Роже» и «Похищенное письмо».
Из Burton’s Gentleman’s Magazine По ушёл, поссорившись с редактором, — писателя не устроил «гламурный» развлекательный формат журнала, ему хотелось чего-то более серьёзного и «литературного». Ушёл он в Graham’s Magazine, где проработал около года. Впрочем, денег снова стало катастрофически не хватать, и По согласился на авантюру.
В то время многие учёные ездили по стране с лекциями. Один из таких профессоров, Томас Уайт, занимающийся конхиологией (наукой о ракушках) выпустил учебник и планировал продавать его во время лекций. Но книга, красиво оформленная, отпечатанная на хорошей бумаге, с многочисленными иллюстрациями, получилась слишком дорогой, и её не покупали. Профессор обратился к знакомым, и те посоветовали ему По как человека, который за небольшие деньги согласится переписать труд Уайта для другого издательства, готового выпустить недорогой вариант учебника.
Парадоксально, однако именно художественно обработанный учебник по конхиологии стал самой коммерчески успешной книгой По. За следующие десять лет его переиздавали девять раз.
После ухода из Graham’s Magazine По переехал в Нью-Йорк, где Эдгар сначала устроился в Evening Mirror, а потом стал редактором и даже владельцем Broadway Journal. В то же время (1842–1843) По опубликовал детективные истории из цикла об Огюсте Дюпене — «Убийство на улице Морг», «Тайна Мари Роже» и «Похищенное письмо».
Пик славы
Эдгар По первым решил сделать главным героем сыщика, его оружием — аналитические способности, а основой сюжета — расследование убийства. Прототипом сыщика мог послужить и сам Эдгар — одно время он увлекался криптограммами, даже просил читателей журнала присылать шифры и публиковал их в разгаданном виде. «Тайна Мари Роже» — доказательство внушительных аналитических способностей писателя. Эдгар написал рассказ, опираясь на информацию с газетных вырезок о расследовании настоящего убийства девушки Мэри Роджерс в Нью-Йорке.Литературная карьера По развивалась медленно, но неуклонно. Он публиковал стихи и рассказы в журналах, получая хвалебные обзоры даже от врагов.
Но по-настоящему внушительный успех принесли ему два текста. Сначала появилась «История с воздушным шаром», вокруг которой писатель и издатель New York Sun устроили элегантную мистификацию, обыграв выпуск рассказа как реальный репортаж о приключениях воздухоплавателя. А затем в 1845 году сразу в двух журналах, Broadway Journal и The American Review, вышло стихотворение «Ворон»— и По в буквальном смысле проснулся знаменитым. После этого он тоже стал ездить по стране с лекциями. Первая и самая известная — «Поэты и поэзия Америки».
Казалось, всё прекрасно — наконец-то у По была слава, деньги, признание, которого он так долго добивался. Он получил всё, чего он хотел. Но тут в игру снова вступил его «бес противоречия»…
Весной 1846 года писатель выпустил сборник очерков «Литераторы Нью-Йорка», на страницах которого в безжалостной и оскорбительной манере критиковал других писателей и поэтов. Коллеги ему этого не простили и в отместку атаковали По со страниц газет и журналов. Это, вкупе с пьянством и помрачением рассудка, подорвало его репутацию. По вернулся к работе только спустя год – снова начал ездить с лекциями, много писать.
В 1849 году Эдгар наконец получил предложение, о котором, кажется, мечтал всю жизнь, — учредить общенациональный литературный журнал и стать его редактором. Предложение сделал богатый поклонник из Кентукки, собиравшийся оплачивать все расходы. По радостно выехал на встречу, планируя по дороге прочесть ещё несколько лекций. С приключениями он добрался до Ричмонда и там узнал, что его первая невеста, Сара Эльмира Ройстер, овдовела, унаследовав огромное состояние. Писателю удалось вскружить голову своей прежней пассии — вскоре он вступил в общество «Сыны трезвости» и готовился к свадьбе с Сарой Эльмирой.
Закончив серию лекций в Ричмонде, По благополучно отплыл в Балтимор, но… Старый друг обнаружил его около таверны без вещей, в чужой одежде и состоянии полного помрачения.
Загадочная смерть
В начале октября 1849 года Эдгара По обнаружили в одной из таверн в тяжёлом состоянии. Он едва стоял на ногах, не мог связать и двух слов. Когда писателя привезли в больницу, самочувствие его лишь ухудшилось, дошло до конвульсий. Память изменила По, он не мог ответить ни на один вопрос врачей. 7 октября он скончался. Версий, что именно могло произойти с писателем, великое множество: кто-то считал, что смерть наступила от естественных причин, другие полагали, что По могли отравить. Не исключалась и так называемая «белая горячка».Спустя столетие после смерти Эдгара По на его могилу начал приходить некий таинственный поклонник. Навещал захоронение он раз в год — 19 января, в день рождения писателя. Неизвестный оставлял у памятника три розы и бутылку коньяка. До сих пор нет единого мнения, кто проводил этот ежегодный обряд.
Личная жизнь
После того, как Джон Алан выгнал По из дома, Эдгар женился на девушке по имени Вирджиния. На момент бракосочетания жениху было 26 лет, а невесте едва исполнилось тринадцать. Обряд венчания провели тайно в силу слишком юного возраста Вирджинии.Супруга стала для писателя музой и помощницей в его творческих начинаниях. Как писал сам автор, именно она вдохновила его на самые выдающиеся творения. Девушка любила своего избранника так безгранично, что не обращала внимания ни на его тяжелый характер, ни на преследовавшую их семью бедность.
В 1847 году молодая женщина заразилась туберкулезом и скончалась, после чего литератор впал в тяжелейшую депрессию. Друзья пытались знакомить По с другими женщинами, однако тот предпочитал уединение в компании с бутылкой спиртного.
Творчество Эдгара Аллана По
Новеллистика
Условной датой рождения американской романтической новеллы можно считать 1819 год, когда Вашингтон Ирвинг приступил к публикации знаменитой серии очерков, набросков и рассказов, составивших «Книгу эскизов». Значение этого сборника для истории американской культуры было неоценимо. Выход его знаменовал не только возникновение нового жанра, но и миро¬вое признание американской литературы как самобытного и оригинального явления.
Вместе с В. Ирвингом Эдгар По был одним из создателей национального жанра новеллы. Им написаны семьдесят рассказов и повестей, оказавших влияние на развитие американского и мирового рассказа, теоретически осмыслены значение жанра и принципы композиции, единства, правдоподобия и оригинальности эффекта, неожиданного финала.
«Эдгара По можно с полным основанием считать родоначальником трех жанров: детективного, научно-фантастического и литературы ужасов».
«Основное ядро в прозаическом наследии Эдгара По составляет его новеллистика. Именно в «малоформатной» прозе обнаружил он блистательное мастерство и достиг вершин художественного совершенства. Достижения Эдгара По в области новеллы не были стихийным продуктом. Его приобщение к прозе началось с внимательного изучения и анализа так называемых журнальных жанров. Предметом его пристального внимания стали не только американские, но даже в первую очередь английские журналы, все еще служившие образцом для американских читателей, писателей, критиков и издателей. Он исследовал журнальную прозу, ее тематику, стилистику, язык, композиционные принципы, пытаясь раскрыть секреты ремесла.
В творчестве По прозаика выделяют два периода. Первый — рассказы 30-х годов, носящие, по преимуществу, фантастический, гротескный или пародийный характер. Если окинуть общим взором раннюю прозу Эдгара По, то есть рассказы, написанные между 1831 и 1837 годами, то нетрудно заметить, что наряду с пародиями встречаются сочинения, о которых невозможно сказать с определенностью, «в шутку» они написаны или «всерьез». Ироничность повествования в них не обладает абсолютностью, но имеет степени концентрации. Временами она очевидна и несомненна, временами — приглушена, а то и вовсе пропадает. И если, скажем, «Герцог де Л'Омлет» или «Без дыхания» — новеллы недвусмысленно ироничные и пародийные, то относительно «Свидания» или «Метценгерштейна» мы не можем быть вполне уверены, в «Беренике» пародийный элемент едва ощущается, а в «Морелле» его нет вовсе.
Условной датой рождения американской романтической новеллы можно считать 1819 год, когда Вашингтон Ирвинг приступил к публикации знаменитой серии очерков, набросков и рассказов, составивших «Книгу эскизов». Значение этого сборника для истории американской культуры было неоценимо. Выход его знаменовал не только возникновение нового жанра, но и миро¬вое признание американской литературы как самобытного и оригинального явления.
Вместе с В. Ирвингом Эдгар По был одним из создателей национального жанра новеллы. Им написаны семьдесят рассказов и повестей, оказавших влияние на развитие американского и мирового рассказа, теоретически осмыслены значение жанра и принципы композиции, единства, правдоподобия и оригинальности эффекта, неожиданного финала.
«Эдгара По можно с полным основанием считать родоначальником трех жанров: детективного, научно-фантастического и литературы ужасов».
«Основное ядро в прозаическом наследии Эдгара По составляет его новеллистика. Именно в «малоформатной» прозе обнаружил он блистательное мастерство и достиг вершин художественного совершенства. Достижения Эдгара По в области новеллы не были стихийным продуктом. Его приобщение к прозе началось с внимательного изучения и анализа так называемых журнальных жанров. Предметом его пристального внимания стали не только американские, но даже в первую очередь английские журналы, все еще служившие образцом для американских читателей, писателей, критиков и издателей. Он исследовал журнальную прозу, ее тематику, стилистику, язык, композиционные принципы, пытаясь раскрыть секреты ремесла.
В творчестве По прозаика выделяют два периода. Первый — рассказы 30-х годов, носящие, по преимуществу, фантастический, гротескный или пародийный характер. Если окинуть общим взором раннюю прозу Эдгара По, то есть рассказы, написанные между 1831 и 1837 годами, то нетрудно заметить, что наряду с пародиями встречаются сочинения, о которых невозможно сказать с определенностью, «в шутку» они написаны или «всерьез». Ироничность повествования в них не обладает абсолютностью, но имеет степени концентрации. Временами она очевидна и несомненна, временами — приглушена, а то и вовсе пропадает. И если, скажем, «Герцог де Л'Омлет» или «Без дыхания» — новеллы недвусмысленно ироничные и пародийные, то относительно «Свидания» или «Метценгерштейна» мы не можем быть вполне уверены, в «Беренике» пародийный элемент едва ощущается, а в «Морелле» его нет вовсе.
Психологические новеллы
В подтексте его «страшных» и «таинственных» рассказов содержится глубокая неудовлетворенность существующей жизнью, ее философской и эстетической бедностью, самодовольной практичностью. По не понимал до конца причин социального зла, скорее интуитивно, чем сознательно чувствовал страшные последствия сложившейся в Америке цивилизации. Некоторые критики признают соответствие «ужасных» рассказов По эстетической норме романтической прозы. Такой взгляд, имеет некоторые основания.Одна из психологических загадок, постоянно привлекавших к себе внимание Эдгара По,— тяготение человека к нарушению запрета, та самая сладость запретного плода, которая многократно отразилась в легендах, сказках, преданиях разных народов и даже в художественной литературе. Человеку смертельно хочется именно того, чего нельзя: съесть яблоко с древа познания, выпустить из бутылки джина, открыть комнату в замке Синей Бороды, сорвать прекрасный цветок и т. п.
«Повествовательная структура многих психологических новелл Эдгара По опирается на традиционную в романтической прозе пару: рассказчик — герой. Так построены знаменитые рассказы о Дюпене, «Падение дома Ашеров», «Человек толпы», «Золотой жук», «Спуск в Мальстрем», «Свидание» и т.д. Рассказчик олицетворяет нравственно-психологическую «норму», герой — отклонение от нее. Однако в большинстве случаев рассказчик и герой — одно лицо. В нем воплощены и норма, и отклонение, а повествование приобретает характер самонаблюдения. Отсюда со всей неизбежностью вытекает раздвоенность сознания героя, которое функционирует как бы на двух уровнях. Одно принадлежит человеку, совершающему поступки, другое — человеку, рассказывающему и объясняющему их.»
Общая идейно-эстетическая задача, которую Эдгар По решал в психологических новеллах, в большой степени предопределила их художественную структуру, сюжетную динамику, образную систему, способ повествования, эмоциональную установку и т. д. Особенно важное место в этом ряду занимают категории художественного времени и пространства. Повышенное внимание к психологии было обусловлено стремлением выяснить природу сил, препятствующих нормальной и полноценной работе сознания.
Детективные новеллы
Естественно, что не меньший интерес для Эдгара По представляла интеллектуальная деятельность человека. Интерес этот пронизывает все новеллистическое наследие писателя. В наиболее концентрированном виде он проявлен в так называемых детективных рассказах.В 40-е годы Э. По создал знаменитые детективные рассказы: «Убийство на улице Морг» (1841), «Тайна Мари Роже» (1842), «Золотой жук» (1843), «Украденное письмо» (1845) и другие, оказавшие огромное воздействие на американскую и европейскую детективную литературу. По высоко ставил искусство психологического угадывания. Таким качеством наделен Дюпен, сыщик-любитель, герой нескольких новелл По. У Дюпена исключительный аналитический ум, и он не раз признавался своему другу, что люди для него — открытая книга. О раскрытии Дюпеном загадочного убийства рассказано в новелле «Убийство на улице Морг». Его поразил, прежде всего, чудовищный характер убийства; он обратил внимание и на визгливый голос одного убийцы, ибо никто из свидетелей не смог разобрать ни одного членораздельного слова, или хотя бы отчетливого звука речи этого существа. Он отметил огромную силу, с которой терзали убийцы свои жертвы. Дюпен понял, что, только обладая необычайной ловкостью, убийцы могли выбраться из окна. В голове Дюпена возникла мысль, что в убийстве повинна обезьяна. Его догадка подтвердилась. В Булонском лесу нашли сбежавшего от хозяина орангутанга, а вскоре пришел и его хозяин-моряк, рассказавший об убийстве. «В «Золотом жуке» (по оценке Ж. Верна, «самой замечательной новелле») По переработал популярную в фольклоре легенду о зарытых пиратами кладах. Легран, обладавший аналитическим умом, нашел удивительно красивого жука. Слуга-негр Юпитер завернул его в пергамент. Череп на пергаменте подсказал Леграну мысль о том, что пергамент когда-то принадлежал пирату, что перед ним записка о местонахождении клада. Под влиянием тепла пергамент «заговорил»: на нем обозначились печатка-череп, шифр и подпись пирата Кидда. По увлекал читателя замечательной аналитической способностью сопоставлять факты, подтверждать практикой выдвинутые гипотезы.
В детективных рассказах, блестящих по стилю, привлекают тонкие психологические наблюдения, острые сюжетные повороты, правдоподобие деталей.
Научно-фантастические новеллы
В творчестве По не меньшее значение имеет и его обращение к научно-фантастическому рассказу. Для своего времени По был эрудированным в научном и техническом отношении литератором, он изучал теории вселенной Ньютона, Лапласа, Фергюсона, Гумбольдта, хорошо знал астрономию, интересовался исследованиями Луны, возможностью проникновения человека в воздушное и космическое пространство, ему принадлежат интересные наблюдения о звуке и цвете. В литературе о По уже отмечалось, что он гениально предугадал некоторые математические, астрономические идеи XX столетия.Обращение Эдгара По к месмеризму было вызвано не только модой на «животный магнетизм», не только протестом против «засилия ремесел, поработивших разум», но име¬ло более широкие основания, сопряженные с общим характером развития философско-эстетической мысли писателя в последний период его творческой жизни.
Научно-фантастические рассказы, взятые купно, занимают не столь уж значительное место в новеллистике Эдгара По. Да и по своему художественному достоинству они уступают его психологическим и логи-ческим рассказам. Мы не найдем среди них шедевров, которые можно было бы поставить рядом с «Лигейей», «Падением дома Ашеров» или «Золотым жуком».
Тем не менее, факт остается фактом: Эдгар По заложил основы жанра, получившего впоследствии — особенно в нашем столетии — интенсивное развитие, опытным путем установил идейно-художественные параметры некоторых его подвидов, сформулировал общие принципы научно-фантастического повествования и разработал серию художественных приемов, которые еще и сегодня широко применяются писателями, работающими в этом жанре. Сам Эдгар По успел сделать в открытой им но-вой области литературы немного, но он указал на скрытые здесь возможности.
Некоторые из разработанных По общих принципов и частных приемов научно-фантастического повествования были подхвачены ближайшими его последователями и канонизированы в творчестве первых классиков научной фантастики — Жюля Верна и Герберта Уэллса. Они, так сказать, внедрились в художественное сознание современных фантастов как нечто само собой разумеющееся, как некие «извечные» законы жанра, и мало кто теперь задумывается, откуда они взялись.
Не все открытия и достижения По в области научной фантастики были освоены и использованы его последователями в XIX веке.
Самые известные новеллы
«Падение дома Ашеров». Одним из классических образцов психологического рассказа Эдгара По принято считать «Падение дома Ашеров». С одной стороны, главным предметом изображения в нем служит болезненное состояние человеческой психики, сознание на грани безумия, с другой — здесь показано трепетание от страха перед грядущим и неизбежным ужасом. «Ужас души», подвергающийся художественному исследованию и воспроизведению в «Падении дома Ашеров», относится к той области человеческих эмоций, которую принято обозначать понятием «страх», и сама новелла стоит в длинном ряду других рассказов Эдгара По, рисующих страх человека перед жизнью и перед смертью.При этом «Падение дома Ашеров» отличается особым синтетизмом, психологической сконцентрированностью, трактовкой предмета на более высоком уровне. Новелла, рисующая уже не страх перед жизнью или страх перед смертью, но страх перед страхом жизни и смерти, то есть особо утонченную и смертоносную форму ужаса души. По-настоящему оценить это произведение можно лишь на фоне других психологических рассказов По, где проблема поставлена проще и не столь широко. Впрочем, простота не относится к числу характерных особенностей психологической новеллистики По.
«Убийство на улице Морг». Впервые увидевшая свет 20 апреля 1841 года на страницах филадельфийского «Graham’s Magazine» новелла «Убийство на улице Морг» положила начало детективному жанру в литературе.
Существует мнение, что своего сыщика-любителя Эдгар По создал под влиянием «Неопубликованных страниц жизни Видока, французского министра полиции», впервые увидевших свет во второй половине 1838 года. Элемент преступления в виде изрезанной до такой степени шеи, что голова практически отделялась от тела, встречающийся на страницах мемуаров Франсуа Видока, стал одной из самых кровавых подробностей жестокого преступления на улице Морг. Исполинский орангутанг вошёл в новеллу из летней жизни Филадельфии 1839 года, где похожая обезьяна была продемонстрирована публике в Масонской Зале, вызвав неоднозначную реакцию.
Отправной точкой для размышлений Дюпен выбирает положение о том, что «преступники – заведомо существа материального мира, и бежали они согласно его законам». Если полицейских заводит в тупик характер двойного убийства, вызывающего «чувство невыразимого ужаса» и представляющего собой «смесь необычайного с необъяснимым», то для сыщика именно это становится основой для анализа. Звериная жестокость, невероятная сила и беспрецедентная ловкость преступника в сочетании с нечленораздельной речью, в которой каждый из свидетелей слышит какой-то свой язык, приводит Дюпена к парадоксальной мысли о том, что убийца – не человек. Найденные на месте преступления улики подтверждают его догадку. Полную картину преступления Дюпен получает от его непосредственного свидетеля и случайного виновника – матроса, владельца исполинского орангутанга. На матроса сыщик выходит через объявление в газете, призванное внушить владельцу обезьяны, что ему проще забрать последнюю, чем привлекать к ней и себе внимание полиции. В этом действии Дюпена проявляется прекрасное знание психологии, свойственное каждому уважающему себя сыщику.
«Убийство на улице Морг» изменило историю мировой литературы. Произведение часто упоминается как первый детектив в истории, а образ Дюпена послужил прототипом для многих будущих персонажей-сыщиков, включая Шерлока Холмса Артура Конан Дойля и Эркюля Пуаро Агаты Кристи. А. И. Куприн заметил, что «…Конан-Дойль, заполонивший весь земной шар детективными рассказами, всё-таки умещается вместе со своим Шерлоком Холмсом, как в футляр, в небольшое гениальное произведение Э. По — „Преступление в улице Морг“». Особо примечательно, что акцент в рассказе сделан не на запутанном сюжете, а на анализе происходящих событий.
Рассказ «Убийство на улице Морг» установил ряд тропов, ставших общепринятыми элементами жанра: эксцентричный, но блестящий детектив, неуклюжий полицейский, недогадливый близкий друг главного героя, от лица которого ведётся повествование. Полиция в рассказе изображена в антипатичной манере, что является своего рода противопоставлением героя органам правопорядка и власти. Именно в «Убийстве на улице Морг» был впервые использован метод повествования, при котором персонаж-детектив сначала объявляет о решении загадки, а затем объясняет цепь рассуждений, ведущих к нему. Помимо этого, сюжет произведения представляет собой первый образец типичного «убийства в закрытой комнате»
Существует мнение, что своего сыщика-любителя Эдгар По создал под влиянием «Неопубликованных страниц жизни Видока, французского министра полиции», впервые увидевших свет во второй половине 1838 года. Элемент преступления в виде изрезанной до такой степени шеи, что голова практически отделялась от тела, встречающийся на страницах мемуаров Франсуа Видока, стал одной из самых кровавых подробностей жестокого преступления на улице Морг. Исполинский орангутанг вошёл в новеллу из летней жизни Филадельфии 1839 года, где похожая обезьяна была продемонстрирована публике в Масонской Зале, вызвав неоднозначную реакцию.
Отправной точкой для размышлений Дюпен выбирает положение о том, что «преступники – заведомо существа материального мира, и бежали они согласно его законам». Если полицейских заводит в тупик характер двойного убийства, вызывающего «чувство невыразимого ужаса» и представляющего собой «смесь необычайного с необъяснимым», то для сыщика именно это становится основой для анализа. Звериная жестокость, невероятная сила и беспрецедентная ловкость преступника в сочетании с нечленораздельной речью, в которой каждый из свидетелей слышит какой-то свой язык, приводит Дюпена к парадоксальной мысли о том, что убийца – не человек. Найденные на месте преступления улики подтверждают его догадку. Полную картину преступления Дюпен получает от его непосредственного свидетеля и случайного виновника – матроса, владельца исполинского орангутанга. На матроса сыщик выходит через объявление в газете, призванное внушить владельцу обезьяны, что ему проще забрать последнюю, чем привлекать к ней и себе внимание полиции. В этом действии Дюпена проявляется прекрасное знание психологии, свойственное каждому уважающему себя сыщику.
«Убийство на улице Морг» изменило историю мировой литературы. Произведение часто упоминается как первый детектив в истории, а образ Дюпена послужил прототипом для многих будущих персонажей-сыщиков, включая Шерлока Холмса Артура Конан Дойля и Эркюля Пуаро Агаты Кристи. А. И. Куприн заметил, что «…Конан-Дойль, заполонивший весь земной шар детективными рассказами, всё-таки умещается вместе со своим Шерлоком Холмсом, как в футляр, в небольшое гениальное произведение Э. По — „Преступление в улице Морг“». Особо примечательно, что акцент в рассказе сделан не на запутанном сюжете, а на анализе происходящих событий.
Рассказ «Убийство на улице Морг» установил ряд тропов, ставших общепринятыми элементами жанра: эксцентричный, но блестящий детектив, неуклюжий полицейский, недогадливый близкий друг главного героя, от лица которого ведётся повествование. Полиция в рассказе изображена в антипатичной манере, что является своего рода противопоставлением героя органам правопорядка и власти. Именно в «Убийстве на улице Морг» был впервые использован метод повествования, при котором персонаж-детектив сначала объявляет о решении загадки, а затем объясняет цепь рассуждений, ведущих к нему. Помимо этого, сюжет произведения представляет собой первый образец типичного «убийства в закрытой комнате»
«Золотой жук». В основу новеллы положено неординарное событие – поиск пиратского клада, зарытого капитаном Киддом на острове Сэлливан, в Южной Каролине. Повествование ведётся от лица автора-рассказчика – друга главного героя, обнищавшего богача Вильяма Леграна. Нейтральный тон и равномерное, лишённое резких толчков развитие действия периодически сбивается на попытку психологического анализа (как собственного состояния автора, так и внутренних причин необъяснимого поведения Леграна) и описания необычных для рядовой жизни середины XIX века предметов и событий, но и то, и другое при ближайшем рассмотрении оказывается совершенно естественным и логически обоснованным ходом развития сюжета.
Действие новеллы разворачивается в двух временных отрезках: много лет назад, холодным вечером октября 18… года, когда автор приходит в гости к Леграну и узнаёт о находке золотого жука, и спустя месяц, когда Легран просит автора о помощи в поиске уготованного ему судьбой сокровища. Первоначальное впечатление от новеллы как от произведения, рассказывающего историю частного безумия, неожиданно сменяется приключенческой составляющей, когда автор поддаётся общей увлечённости в поиске сокровищ, и выходит на новый, детективный уровень в тот момент, когда Легран начинает объяснять автору логическую цепочку своих размышлений, приведшую его к сундуку с золотом. С детективным жанром «Золотого жука» роднит только общая идея раскрытия правды в финале истории. Собственно, же детективом новелла не является, так как в ней нет ни факта преступления, ни разбросанных по ходу повествования зацепок. Первая часть произведения показывает происходящее в настоящем времени глазами автора, вторая часть объясняет логическую подоплёку и видение уже прошедших событий их двигателем – Вильямом Леграном. Сам Эдгар По называл «Золотой жук» «логической новеллой». Термин «детективный жанр» сформировался позднее и стал более узким понятием по отношению к ней.
Основные герои произведения – они же единственные видимые читателем: автор-рассказчик (имя неизвестно), выходец из старинной гугенотской семьи – Вильям Легран и его слуга – Юпитер. Второстепенные персонажи появляются на страницах новеллы только в словесном рассказе Вильяма Леграна. Они сдвигают с мёртвой точки зашедший в тупик сюжет.
Наибольший интерес в «Золотом жуке» представляет художественный образ Вильяма Леграна, который, в глазах автора, проходит путь от восторженного безумца до тонкого аналитика, владеющего системой как математических расчётов (решение криптограммы), так и лингвистического анализа (сопоставление образов и слов английского языка). Помимо точных дисциплин в арсенале героя есть ещё и психологические инструменты, позволяющие проникнуть в суть пиратского замысла по составлению карты.
Золотой жук, давший своё название новелле, выполняет в произведении скорее символическую, чем практическую функцию: он является предвестником найденного пиратского клада (золото – как символ богатства и чёрные пятнышки на спине – как пиратский символ черепа). Мистическими свойствами золотого жука наделил недалёкий, суеверный Юпитер, выполняющий в новелле как роль реального помощника, так и путаника, мешающего своему хозяину заниматься поиском сокровищ. Дополнительный мистицизм вносит в новеллу и сам Вильям Легран, когда решает подшутить над автором и начинает поиск клада с классического для всех шарлатанов действия – верчения предмета (в данном случае, золотого жука).
Действие новеллы разворачивается в двух временных отрезках: много лет назад, холодным вечером октября 18… года, когда автор приходит в гости к Леграну и узнаёт о находке золотого жука, и спустя месяц, когда Легран просит автора о помощи в поиске уготованного ему судьбой сокровища. Первоначальное впечатление от новеллы как от произведения, рассказывающего историю частного безумия, неожиданно сменяется приключенческой составляющей, когда автор поддаётся общей увлечённости в поиске сокровищ, и выходит на новый, детективный уровень в тот момент, когда Легран начинает объяснять автору логическую цепочку своих размышлений, приведшую его к сундуку с золотом. С детективным жанром «Золотого жука» роднит только общая идея раскрытия правды в финале истории. Собственно, же детективом новелла не является, так как в ней нет ни факта преступления, ни разбросанных по ходу повествования зацепок. Первая часть произведения показывает происходящее в настоящем времени глазами автора, вторая часть объясняет логическую подоплёку и видение уже прошедших событий их двигателем – Вильямом Леграном. Сам Эдгар По называл «Золотой жук» «логической новеллой». Термин «детективный жанр» сформировался позднее и стал более узким понятием по отношению к ней.
Основные герои произведения – они же единственные видимые читателем: автор-рассказчик (имя неизвестно), выходец из старинной гугенотской семьи – Вильям Легран и его слуга – Юпитер. Второстепенные персонажи появляются на страницах новеллы только в словесном рассказе Вильяма Леграна. Они сдвигают с мёртвой точки зашедший в тупик сюжет.
Наибольший интерес в «Золотом жуке» представляет художественный образ Вильяма Леграна, который, в глазах автора, проходит путь от восторженного безумца до тонкого аналитика, владеющего системой как математических расчётов (решение криптограммы), так и лингвистического анализа (сопоставление образов и слов английского языка). Помимо точных дисциплин в арсенале героя есть ещё и психологические инструменты, позволяющие проникнуть в суть пиратского замысла по составлению карты.
Золотой жук, давший своё название новелле, выполняет в произведении скорее символическую, чем практическую функцию: он является предвестником найденного пиратского клада (золото – как символ богатства и чёрные пятнышки на спине – как пиратский символ черепа). Мистическими свойствами золотого жука наделил недалёкий, суеверный Юпитер, выполняющий в новелле как роль реального помощника, так и путаника, мешающего своему хозяину заниматься поиском сокровищ. Дополнительный мистицизм вносит в новеллу и сам Вильям Легран, когда решает подшутить над автором и начинает поиск клада с классического для всех шарлатанов действия – верчения предмета (в данном случае, золотого жука).
Творческое наследие и влияние на литературу
По стал одним из символов американской культуры. Что характерно — и высокой, и самой массовой.Мы все по сей день пользуемся плодами его наследия. Мощнейший поток детективной и фантастической литературы вырос из новелл По. Уже в девятнадцатом веке многие авторы честно признавались в любви к творчеству По и в том, какое влияние его произведения оказали на них: например, Поль Верлен и Артур Рембо, Жюль Верн и Герберт Уэллс, Альфред Теннисом и Томас Гарди, Ф.М. Достоевский и все наши отечественные поэты-символисты.
До Эдгара По большинство писателей, работавших со сверхъестественным материалом, в основном двигались на ощупь, не понимая психологической основы тяготения к ужасу, и им в большей или меньшей степени мешала привязанность к ничего не значащим литературным условностям, например: счастливый конец, победа добра в целом, ложное морализаторство, а также следование принятым стандартам и ценностям, старания вложить собственные чувства в повествование и стать на сторону приверженцев тех идей в искусстве, которые были приняты большинством. По же, как настоящий художник, решил быть безличным; он знал, что функция художественной литературы — отображать и интерпретировать события и чувства вне зависимости от того, куда они ведут и что доказывают, — добрые они или злые, приятные или отталкивающие, стимулирующие или ввергающие в уныние, автор всегда должен быть внимательным и умелым рассказчиком, а не благожелателем, учителем или продавцом идей. Он ясно видел, что всякая жизнь и мысль одинаково подходят в качестве объекта для художника, а так как, в силу своего характера, он тянулся к странному и мрачному, то и решил стать интерпретатором этих могучих чувств и частых событий, которые сопровождаются болью, а не удовольствием, уничтожением, а не расцветом жизни, ужасом, а не покоем и которые в основе своей враждебны или безразличны к вкусам и известным традиционным чувствам человечества, а также к здоровью, душевному покою и нормальному возрастающему благосостоянию отдельных людей.
Призраки По обрели убедительную злобность, которой не было у их предшественников, и установили новый реалистический стандарт в истории литературного ужаса. Безличная художественность, кроме того, соединялась с научным подходом, довольно редко встречавшимся в прошлом, а так как По в большей степени изучал разум человека, чем готическую традицию, то работал со знанием истинных источников ужаса, что удваивало воздействие повествования и освобождало его от нелепостей, свойственных обычному возбудителю ужаса. Как только это появилось, остальные писатели были вынуждены перенять его опыт, чтобы иметь возможность хоть как-то с ним соперничать, поэтому основное направление литературы ужаса начало претерпевать коренные изменения. По также определил и формальный уровень; и хотя сегодня некоторые из его собственных работ кажутся немного мелодраматичными и простодушными, мы можем твердо заявить о его влиянии в таких вопросах, как создание единого настроения и достижение единого впечатления, не говоря уж о безжалостном избавлении от тех поворотов сюжета, которые не имеют отношения к главному действию и не веду т к кульминации повествования. На самом деле, можно сказать, ч то По создал рассказ в его современном виде".
По также стал почти архетипическим примером творца для американских авторов, продемонстрировав, как можно одинаково успешно творчески реализоваться во всех основных направлениях "литературы воображения" — и в научной фантастике, и в мистике, и в детективе.
Наследие По и по сей день остается кладезем идей и сюжетов для кинематографа и телевидения.
